Cергей Ширин

        «Среда» – одно из фундаментальных понятий системности. Средой называют все объекты, которые влияют на систему, не являясь ее элементами. В системном анализе принято делить среду на внешнюю – окружение системы, от которого исходят принуждения и ограничения, и внутреннюю, под которой понимаются элементы системы в тех случаях, когда они оказывают на систему принуждения внесистемного характера.
        Для системы международных отношений взаимодействие с внешней средой важно в каждый исторический период, включая сегодняшний. На любом этапе субъекты международных отношений видели в этой среде ресурсы, которые становились объектом взаимодействия – сотрудничества или борьбы¹. В наши дни это утверждение остается справедливым для региональных подсистем. Но если говорить о глобальной системе, то, на первый взгляд, объекты, не являющиеся ее элементами, но оказывающие на нее влияние и одновременно представляющие для международных акторов интерес как источники ресурсов, практически отсутствуют. Внешняя среда у глобальной системы международных отношений, тем не менее, существует.
        Можно дать определение внешней среды глобальной системы и сформулировать ее важный признак. Внешней средой глобальной системы международных отношений следует называть совокупность объектов, не являющихся элементами этой системы и оказывающих на нее влияние в виде принуждений и ограничений. При этом история развития систем международных отношений указывает на ее признак: внешняя среда – это источник ресурсов, являющихся объектом взаимодействия акторов глобальной системы международных отношений.
        Трудность выявления объектов, удовлетворяющих этим условиям, способствовала возникновению в теории международных отношений ряда концепций, частично или полностью отрицающих наличие внешней среды у глобальной системы международных отношений.
        Наиболее мягкой из них является концепция М. Мерля, усматривающего внешнюю среду данной системы только в природном окружении². На самом деле, большая часть природной среды, в особенности природных ресурсов, представляющих интерес для акторов системы международных отношений, может быть причислена к компонентам (к составным частям или характеристикам) территории тех или иных государств и, таким образом, является частью элемента системы. На этом основании считать всю природную среду внешней для глобальной системы международных отношений, как он полагает, нельзя. С этой точки зрения внешней по отношению к данной системе является лишь та ее часть, которая пространственно расположена за пределами государственных территорий. Такое ограничение значительно сокращает уровень интереса акторов международных отношений к этой среде, а также количество ограничений и принуждений, вменяемых ею системе международных отношений. Основной массив влияния природной среды на международные отношения переносится тем самым на принуждения внесистемного характера, исходящие от элементов системы.
        Более категорична концепция Ф. Брайара, относящего глобальную систему международных отношений к классу закрытых систем (не взаимодействующих с внешней средой³).
        Однако традиционно для системного подхода характерно представление о закрытой системе прежде всего как об идеальной модели. Когда тот или иной исследователь говорит о некой закрытой системе, обычно он имеет в виду абстрагирование от внешних воздействий или их несущественность в контексте определенной проблемы. В целом же абсолютно закрытой системой можно назвать лишь Универсум. Других закрытых систем не существует.
        Такой оценке соответствовала наиболее радикальная из научных концепций (отрицающих наличие у глобальной системы международных отношений внешней среды) концепция Д. Сингера, одного из классиков ТМО⁴. Он утверждал, что глобальная система не может иметь взаимодействия с родственными системами, и на этом основании делал вывод о том, что она может рассматриваться только как среда, но не как система. Развитие системного анализа в науке о международных отношениях опровергло этот вывод. Современный мировой порядок является системой, обладая всеми ее признаками.
        С тех пор, как появились упомянутые концепции, в окружении глобальной системы международных отношений возникла еще одна система, удовлетворяющая предложенному нами определению и признаку внешней среды. Здесь мы имеем в виду мировую информационную систему, базирующуюся на новых информационно-коммуникационных технологиях. В ее нынешнем виде она сформировалась в 1991 году, когда сотрудник Европейского центра ядерных исследований Т. Бернерс-Ли разработал язык, на базе которого возникла система гипертекстовых страниц «WorldWide Web», ознаменовавшая собой новую веху в развитии интернета. Сегодня именно интернет стал основным воплощением мировой информационной системы. Будучи сетью сетей, он интегрирует в себе все то, что М. Кастельс назвал «сетевым обществом»⁵.
        Нельзя сводить всю современную информационную систему к интернету. Однако интернет является системообразующим фактором для мировой информационной системы. Появление интернета позволило говорить о всемирном информационном поле, в рамках которого взаимодействуют многочисленные международные акторы.
        Мировая информационная система не может быть сведена к совокупности национальных информационных систем отдельных государств и вообще не имеет привязки не только к государственной территории, но даже и к физическому пространству.
        В классических определениях информации прямо подчеркивается, что «информация – это ... не материя»⁶, а раз она не материальна, то она не может быть и локализована в том пространстве, в котором существует глобальная система международных отношений.
        При этом среди определений интернета – ключевого элемента мировой информационной системы – можно найти и такие, которые используют в качестве родового понятия именно пространство. Одно из них приводит Ю.Ю. Перфильев: «Интернет представляет собой ... глобальное информационное пространство, которое можно рассматривать как единое псевдопространство в виде информационной проекции реального пространства, объединяющей все существующие телекоммуникационные и информационные сети»⁷.
        Этот подход также выводит мировую информационную систему за пределы глобальной системы международных отношений – в окружение последней. Недаром в политической науке появился и, вероятно, закрепится термин «информационное пространство», термин, пока не нашедший себе применения в международно-политических документах (в отличие от уже закрепившегося в них термина «информационное общество»). Под мировым информационным пространством следует понимать интегрированные при помощи усовершенствованных в ходе информационной революции коммуникационных систем и способов передачи информации национальные и трансграничные информационные потоки. Информационное пространство в значительной степени является отражением пространства материального, но мировая информационная система не является только отражением глобальной системы международных отношений.
        Мировая информационная система в лице интернета во многом похожа на глобальную систему международных отношений. Здесь также действуют обычаи, моральные нормы⁸ и писаные правила⁹. Существует иерархия участников внутрисистемного взаимодействия: есть субъекты, создающие стандарты, и субъекты, вынужденные этим стандартам следовать. В мировой информационной системе есть и свои деньги, и, соответственно, свои эмитенты. Действительно, различные условные единицы расчета, используемые электронными платежными системами, уже приобрели характер полноценных валют. Они обладают ликвидностью, близкой к абсолютной. Доходит даже до того, что некоторые организации, осуществляющие валютообменные операции, приводят в списке валют, с которыми они производят сделки конвертации, такую платежную единицу, как Web Money (наряду с долларом, евро и прочими валютами глобальной системы международных отношений)¹⁰.
        Анализ интернета с позиций реалистов приводит к выводу: интернет является свободно и хаотично развивающейся информационной структурой, потенциально безграничной и трудно регулируемой¹¹. Жесткого регламента и правового регулирования интернета нет, так как для такового нет необходимого технического обеспечения. Одним из принципов функционирования интернета является так называемый принцип малой надежности, позволяющий всей сети функционировать, даже если некоторые (а может быть, и многие) ее узлы будут физически уничтожены. Поэтому в интернете нет «главного компьютера», захват которого означал бы контроль над всей мировой информационной системой. Такой контроль технически невозможен. В этой системе царит в известном смысле анархия¹².
        Если рассмотреть интернет с позиций либерализма, признающего примат права, то можно обнаружить характеристики, аналогичные тем, которые эта школа приписывает системе международных отношений¹³. Cуществуют документы, по сути равнозначные политическим декларациям или даже юридическим конвенциям. Помимо того, можно заметить, что государства, накладывая ограничения на своих граждан – пользователей интернета (связанные с защитой авторских прав, запретом на распространение порнографии)¹⁴, вносят в мировую информационную систему элемент морали. Эти ограничения имеют нормативный, номинальный, идеальный характер.
        Влияние государств на интернет не означает, что последний подчиняется акторам системы международных отношений, входя тем самым в ее структуру. Если государства или иные политические организации пытаются ограничить развитие интернета или его части, это наталкивается на сопротивление частных лиц и организаций, расширяющих сеть¹⁵. Способность государств влиять на пользователей интернета говорит лишь о том, что и те, и другие существуют одновременно в двух пространствах: физическом пространстве глобальной системы международных отношений и информационном пространстве интернета.
        Таким образом, интернет представляет собой систему, родственную глобальной системе международных отношений. Взаимодействуя, обе системы в некоторых аспектах становятся отражением друг друга.
        Адекватность представления об интернете как о внешней среде глобальной системы международных отношений подтверждается и тем, что на сегодняшний день ведущие акторы последней признают сущностное наполнение интернета – информацию – одним из основных стратегических ресурсов, а низкий уровень контролируемости информационных потоков – одной из глобальных проблем, требующей международного сотрудничества. Таким образом, интернет как «квазипространство», которое «содержит» в себе информацию и через которое проходят информационные потоки, удовлетворяет сформулированному выше признаку внешней среды по отношению к глобальной системе международных отношений.