intertrendsМеждународные процессыInternational Trends / Mezhdunarodnye protsessy1728-27561811-2773AEFIR10.17994/IT.2019.17.3.58.1intertrends-551Research ArticleРЕАЛЬНОСТЬ И ТЕОРИЯREALITY AND THEORYКитай: обретение финансовой властиChina: Gaining Financial PowerПетровМаксимPetrovMaksim

Петров Максим Викторович - кандидат экономических наук, доцент Кафедры международных финансов МГИМО МИД России

Москва

Dr Maksim Petrov - Associate Professor, Department of International Finance,MGIMO UniversityMoscow, 119454

ПилипосянАннаPiliposyanAnna

Пилипосян Анна Арменовна - аспирантка Кафедры международных финансов МГИМО МИД России

Москва

Ms Anna Piliposyan - Doctoral Student, Department of International Finance,MGIMO University

Moscow, 119454

ТкачёвВасилийTkachevVasily

Ткачёв Василий Николаевич - кандидат экономических наук, доцент Кафедры международных финансов МГИМО МИД РоссииМосква

Dr Vasily Tkachev - Associate Professor, Department of International Finance,MGIMO University

Moscow, 119454

tkachev_mgimo@mail.ruМГИМО МИД РоссииРоссияMGIMO UniversityRussian Federation201912052025173620Copyright © Петров М., Пилипосян А., Ткачёв В., 20252025Петров М., Пилипосян А., Ткачёв В.Petrov M., Piliposyan A., Tkachev V.Данная работа распространяется под лицензией Creative Commons Attribution 4.0.This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 License.https://www.intertrends.ru/jour/article/view/551

В статье на основе разрабатываемых в международной политэкономии подходов исследуются процессы становления финансовой власти Китая. Обретение такого вида власти, которая позволяла бы влиять на поведение других государств через систему финансовых взаимосвязей с ними, выступает важным фактором утверждения КНР в статусе сверхдержавы. Базовые предпосылки для формирования финансовой власти Китая к настоящему моменту сложились: страна обладает крупнейшей в мире экономикой и третьим по величине после США и еврозоны финансовым рынком, развитыми внешнеполитическими связями и значительной военной мощью. Огромный экономический потенциал даёт возможность Китаю активно наращивать зарубежные капиталовложения, а также инициировать создание новых многонациональных банков развития. За счёт этого КНР постепенно выстраивает каналы и механизмы влияния в мировой финансовой системе, хотя пока и не выходит на лидирующие позиции в ней. Трансформация Китая в мощный полюс силы в мировых финансах требует ускорения интернационализации юаня, транснационализации бизнеса китайских банков, а также превращения КНР в глобальный финансовый центр, способный предложить международным инвесторам широкие возможности по размещению и привлечению капитала, сопоставимые с теми, которые обеспечивают США. В свою очередь, достижение этих целей практически невозможно без проведения масштабной либерализации международных валютно-финансовых отношений КНР, включая введение свободной конвертируемости юаня. Власти Китая сегодня заявляют о готовности к подобным преобразованиям, подтверждая её отменой ряда важных ограничений. Вместе с тем повышение открытости китайского финансового рынка способно усилить его уязвимость к неблагоприятным внешним воздействиям, источником которых могут стать, в частности, США, незаинтересованные в возвышении Китая в мировых финансах. Учитывая это, власти КНР, вероятно, будут осмотрительно проводить либерализацию, притормаживая её по мере возникновения угроз внутренней стабильности. В этой связи в статье обосновывается предположение, что укрепление влияния Китая в мировых финансах станет длительным, неравномерным и противоречивым процессом, который может сопровождаться кризисными явлениями, провоцируемыми обострением борьбы с США за доминирование в финансовой сфере и за глобальное лидерство в целом.

The article examines the formation of China’s financial power. Possessing such a type of power, allowing to influence the behavior of other states through a system of financial interrelations with them, is an important factor of China’s transformation into a superpower. The basic prerequisites for the formation of China’s financial power have already developed: the country has the largest economy in the world and the third largest financial market after the US and the eurozone, wide foreign relations and considerable military power. The huge economic wealth allows China to increase foreign investment, as well as to initiate the establishment of new multinational development banks. Due to this, China is gradually building channels and mechanisms of its influence in the global financial system, although so far it has not taken a leading position. China’s emergence as a new pole of power in global finance requires more intense internationalization of the yuan, the transnationalization of Chinese bank business, and the transformation of China into a global financial center able to offer international investors ample opportunities to invest and raise capital, comparable to those provided by the United States. In turn, the achievement of these goals is almost impossible without a large-scale liberalization of international monetary and financial relations of China, including free convertibility of the yuan. Chinese authorities declare their readiness for such reforms, confirming it by the abolition of a number of restrictions. However, the growing openness of the Chinese financial system can increase its vulnerability to adverse external influences, in particular, from the United States, not interested in the rise of China. Given this, the Chinese authorities are likely to liberalize the financial system carefully, slowing it down as soon as threats to internal stability appear. In this regard, the article justifies the assumption that strengthening China’s financial power will be a long, uneven and contradictory process, which may be accompanied by crises triggered by the intensification of the struggle with the United States for dominance in the financial sphere and for global leadership in general.

Китайфинансовая властьмеждународная политэкономиямировая финансовая системамеждународное движение капиталаинтернационализация юанямеждународные валютно-финансовые отношенияChinafinancial powerinternational political economyworld financial systeminternational capital flowsRMB internationalizationinternational monetary and financial relationsReferencesКудряшова И.В. Китайский юань как мировая валюта: императивы и реальность // Мировая экономика и международные отношения. 2017. № 9. С. 36–44.Andrews D. (2006). Monetary Power and Monetary Statecraft. In: Andrews D. (ed.) International Monetary Power. Ithaca: Cornell University Press. P. 7–30.Лексютина Я.В. Новое содержание внешней политики Китая как отражение усиления его национальной мощи // Вестник Санкт-Петербургского университета. Сер. 6. 2014. Вып. 2. С. 138–145.Chin G. (2014). China’s Rising Monetary Power. In Helleiner E., Kirshner J. (eds.) The Great Wall of Money: Power and Politics in China’s International Monetary Relations. Ithaca: Cornell University Press. P. 184–212.Лексютина Я.В. Китай как ответственная великая держава // Международные процессы. 2018а. Т. 16. № 2 (53). С. 60–72.Cohen B. (2006). The Macrofoundations of Monetary Power. In Andrews D. (ed.) International Monetary Power. Ithaca: Cornell University Press. P. 31–50.Лексютина Я.В. Китай и реформирование международной экономической системы // Сравнительная политика. 2018б. № 3. С. 26–41.Cohen B. (2014). The China Question: Can Its Rise Be Accommodated? In Helleiner E., Kirshner J. (eds.) The Great Wall of Money: Power and Politics in China’s International Monetary Relations. Ithaca: Cornell University Press. P. 23–44.Лукин А.В. Дискуссия о развитии Китая и перспективы его внешней политики // Полис. Политические исследования. 2019. № 1. С. 71–89.Cohen B. (2015). Currency Power: Understanding Monetary Rivalry. Princeton: Princeton University Press. 304 p.Лучко М.Л. Китайские ТНК на мировом инвестиционном поле // Мировая экономика и международные отношения. 2017. № 9. С. 45–53.Copper J. (2015). China’s Foreign Aid and Investment Diplomacy. Volume I: Nature, Scope, and Origins. New York: Palgrave Macmillan. 283 p.Мозиас П.М. «Новая нормальность» китайской экономики // Мировая экономика и международные отношения. 2015. № 12. С. 15–29.Dian M. (2016). Does China have Structural Power? Rethinking Chinese Power and its Consequences for the International Order. The Journal of Northeast Asian History. Vol. 13. No. 2. P. 121–157.Мастандуно М. «Китай вряд ли будет ответственным игроком в американоцентричной системе…» // Международные процессы. 2018. Т. 16. № 3 (54). С. 149–156.Foot R., Walter A. (2010). China, the United States, and the Global Order. Cambridge: Cambridge University Press. 354 p.Ноздрёв С.В. Китай в системе мировых финансов // Мировая экономика и международные отношения. 2016. № 10. С. 29–40.Heep S. (2014). China in Global Finance. Domestic Financial Repression and International Financial Power. Switzerland: Springer International Publishing. 174 p.Олейнов А.Г. Международная политэкономия: предмет и метод // Мировая экономика и международные отношения. 2017. № 2. С. 55–65.Helleiner E. (2006). Below the State: Micro-Level Monetary Power. In Andrews D. (ed.) International Monetary Power. Ithaca: Cornell University Press. P. 72–90.Петров М.В. Мировая финансовая система: долгий путь к многополярности // Финансовый журнал. 2018. № 2 (42). С. 47–58.Helleiner E. (2014). The Status Quo Crisis: Global Financial Governance after the 2008 Meltdown. New York: Oxford University Press. 256 p.Петров М.В., Ткачёв В.Н., Онучак В.А. Финансовая власть США: источники, механизмы, пределы // Мировая экономика и международные отношения. 2019. № 6. С. 49–57.Helleiner E., Kirshner J. (2014). The Politics of China’s International Monetary Relations. In: Helleiner E., Kirshner J. (eds.) The Great Wall of Money: Power and Politics in China’s International Monetary Relations. Ithaca: Cornell University Press. P. 1–22.Пилипосян А.А., Ткачёв В.Н. Особенности и закономерности развития финансового сектора стран с «формирующимися» рынками // Инновации и инвестиции. 2019. № 2. С. 85–89.Kirshner J. (1995). Currency and Coercion: The Political Economy of International Monetary Power. Princeton: Princeton University Press. 289 p.Поливач А.П. Годовщина включения юаня в корзину СДР: первые результаты // Деньги и кредит. 2017. № 12. С. 113–116.Kudryashova I. (2017). Kitajskij yuan' kak mirovaya valyuta: imperativy i real'nost' [Chinese Yuan as a World Currency: Imperatives and Realities]. Mirovaya economika i mezhdunarodnye otnosheniya. No. 9. P. 36–44.Портной М.А. Деньги в национальном и мировом хозяйстве. М.: Магистр, 2017. 496 с.Leksyutina Y. (2014). Novoe soderzhanie vneshnej politiki Kitaya kak otrazhenie usileniya ego nacional'noj moshchi [New Content of Chinese Foreign Policy as a Reflection of its Growing National Power]. Vestnik Sankt-Peterburgskogo Universiteta. Ser. 6. No. 2. P. 138–145.Селищев А.С., Селищев Н.А., Селищев А.А. Финансовые рынки и институты Китая. М.: ИНФРА-М, 2016. 258 с.Leksyutina Y. (2018a). Kitaj kak otvetstvennaya velikaya derzhava [China, Great Power Responsibility, and Global Leadership]. Mezhdunarodnye protsessy. Vol. 16. No. 2 (53). P. 60–72.Andrews D. Monetary Power and Monetary Statecraft // International Monetary Power / ed. by D. Andrews. Ithaca: Cornell University Press, 2006. P. 7–30.Leksyutina Y. (2018b). Kitai i reformirovanie mezhdunarodnoi ekonomicheskoi sistemy [China and the Reform of the International Economic System]. Comparative Politics Russia. No. 3. P. 26–41.Chin G. China’s rising monetary power // The Great Wall of Money: Power and Politics in China’s International Monetary Relations / ed. by E. Helleiner, J. Kirshner. Ithaca: Cornell University Press, 2014. P. 184–212.Luchko М. (2017). Kitajskie TNK na mirovom investicionnom pole [Chinese Transnational corporation at the World Investment Field]. Mirovaya ekonomika i mezhdunarodnye otnosheniya. No. 9. P. 45–53.Cohen B. The Macrofoundations of Monetary Power // International Monetary Power / ed. by D. Andrews. Ithaca: Cornell University Press, 2006. P. 31–50.Lukin A. (2019). Diskussiya o razvitii Kitaya i perspektivy ego vneshnej politiki [Discussion on the Development of China and Prospects for its Foreign Policy]. Polis. Political Studies. No. 1. P. 71–89.Cohen B. The China Question: Can Its Rise Be Accommodated? // The Great Wall of Money: Power and Politics in China’s International Monetary Relations / ed. by E. Helleiner, J. Kirshner. Ithaca: Cornell University Press, 2014. P. 23–44.Mastanduno M. (2018). Kitay vryad li budet otvetstvennym igrokom v amerikanotsentrichnoy sisteme… [China is not going to be responsible stakeholders in the American-centered system]. Mezhdunarodnye protsessy. Vol. 16. No. 3 (54). P. 149–156Cohen B. Currency Power: Understanding Monetary Rivalry. Princeton: Princeton University Press, 2015. 304 p.Morrison W., Labonte M. (2013). China’s Holdings of U.S. Securities: Implications for the U.S. Economy. Congressional Research Service. 22 p.Copper J. China’s Foreign Aid and Investment Diplomacy. Volume I: Nature, Scope, and Origins. New York: Palgrave Macmillan, 2015. 283 p.Mozias P. (2015). “Novaya normal`nost`” kitajskoj e`konomiki [“New Normal” of China’s Economy]. Mirovaya ekonomika i mezhdunarodnye otnosheniya. No. 12. P. 15–29.Dian M. Does China have Structural Power? Rethinking Chinese Power and its Consequences for the International Order // The Journal of Northeast Asian History. 2016. Vol. 13. No. 2. P. 121–157.Neely C. (2017). Chinese Foreign Exchange Reserves, Policy Choices and the U.S. Economy. Federal Reserve Bank of St. Louis. Working Paper 2017-001A. 45 p.Foot R., Walter A. China, the United States, and the global order. Cambridge: Cambridge University Press. 2010. 354 p.Nozdrev S. (2016). Kitaj v sisteme mirovyh finansov [China in Global Financial System]. Mirovaya ekonomika i mezhdunarodnye otnosheniya. No. 10. P. 29–40.Heep S. China in Global Finance. Domestic Financial Repression and International Financial Power. Switzerland: Springer International Publishing, 2014. 174 p.Oleynov A. (2017). Mezhdunarodnaya politekonomiya: Predmet i metod [International Political Economy: Subject, Matter and Method]. Mirovaya ekonomika i mezhdunarodnye otnosheniya. No. 2. P. 55–65.Helleiner E. Below the State: Micro-Level Monetary Power // International Monetary Power / ed. by D. Andrews. Ithaca: Cornell University Press, 2006. P. 72–90.O'Neill D. (2018). Dividing ASEAN and Conquering the South China Sea: China’s Financial Power Projection. Hong Kong: Hong Kong University Press. 380 p.Helleiner E. The Status Quo Crisis: Global Financial Governance after the 2008 Meltdown. New York: Oxford University Press, 2014. 256 p.Polivach A. (2017). Godovshchina vklyucheniya yuanya v korzinu SDR: pervye rezul'taty [The Anniversary of the Inclusion of the Yuan into the SDR Basket: The First Results]. Den'gi i kredit. No. 12. P. 113–116.Helleiner E., Kirshner J. The Politics of China’s International Monetary Relations // The Great Wall of Money: Power and Politics in China’s International Monetary Relations / ed. by E. Helleiner, J. Kirshner. Ithaca: Cornell University Press, 2014. P. 1–22.Petrov M. (2018). Mirovaya finansovaya sistema: dolgij put' k mnogopolyarnosti [The World Financial System: a Long Way to Multipolarity]. Finansovyj zhurnal. No. 2 (42). P. 47–58.Kirshner J. Currency and Coercion: The Political Economy of International Monetary Power. Princeton: Princeton University Press, 1995. 289 p.Petrov M., Tkachev V., Onuchak V. (2019). Finansovaja vlast' SShA: istochniki, mehanizmy, predely [US Financial Power: Sources, Mechanisms, Limits]. Mirovaya ekonomika i mezhdunarodnye otnosheniya. No. 6. P. 49–57.Morrison W., Labonte M. China’s Holdings of U.S. Securities: Implications for the U.S. Economy. Congressional Research Service. 2013. 22 p.Piliposyan A.A., Tkachev V.N. (2019). Osobennosti i zakonomernosti razvitiya finansovogo sektora stran s «formiruyushchimisya» rynkami [Features and Patterns of Development of the Financial Sector of Emerging Markets Countries]. Innovatsii i Investitsii. No. 2. P. 85–89.Neely C. Chinese Foreign Exchange Reserves, Policy Choices and the U.S. Economy. Federal Reserve Bank of St. Louis. Working Paper 2017-001A. 2017. 45 p.Portnoj M.A. (2017). Den'gi v nacional'nom i mirovom hozyajstve [Money in the National and World Economy]. Moscow: Magistr. 496 p.O'Neill D. Dividing ASEAN and Conquering the South China Sea: China’s Financial Power Projection. Hong Kong: Hong Kong University Press, 2018. 380 p.Selishchev A.S., Selishchev N.A., Selishchev A.A. (2016). Finansovye rynki i instituty Kitaya [Financial Markets and Institutions of China]. Moscow: INFRA-M. 258 p.Shambaugh D. China Goes Global: The Partial Power. Oxford: Oxford University Press, 2013. 432 p.Shambaugh D. (2013). China Goes Global: The Partial Power. Oxford: Oxford University Press. 432 p.Strange S. States and Markets. London: Pinter Publishers, 1988. 288 p.Strange S. (1988). States and Markets. London: Pinter Publishers. 288 p.Vermeiren M. Power and Imbalances in the Global Monetary System: a Comparative Capitalism Perspective. Basingstoke:Palgrave Macmillan, 2014. 259 p.Vermeiren M. (2014). Power and Imbalances in the Global Monetary System: a Comparative Capitalism Perspective. Basingstoke:Palgrave Macmillan. 259 p.Vermeiren M., Otero-Iglesias M. China’s State-permeated Market Economy and its Constraints to the Internationalization of the Renminbi // International Politics. 2015. Vol. 52. No 6. P. 684–703.Vermeiren M., Otero-Iglesias M. (2015). China’s State-permeated Market Economy and its Constraints to the Internationalization of the Renminbi. International Politics. Vol. 52. No. 6. P. 684–703.Wang J. China–IMF Collaboration: Toward the Leadership in Global Monetary Governance // Chinese Political Science Review. 2018. Vol. 3. No 1. P. 62–80.Wang J. (2018). China–IMF Collaboration: Toward the Leadership in Global Monetary Governance. Chinese Political Science Review. Vol. 3. No. 1. P. 62–80.

The authors declare that there are no conflicts of interest present.