intertrendsМеждународные процессыInternational Trends / Mezhdunarodnye protsessy1728-27561811-2773AEFIR10.17994/IT.2019.17.1.56.4intertrends-576Research ArticleФИКСИРУЕМ ТЕНДЕНЦИЮCATCHING A TRENDИнформационно-коммуникативные компоненты «мягкой силы»Information Components of Soft Power: Communicative AspectsРусаковаОльгаRusakovaOlga

Русакова Ольга Фредовна - доктор политических наук, профессор, заведующая отделом философии Института философии и права УрО РАН

Екатеринбург

Prof. Dr Olga Rusakova - Head, Philosophy Division, Institute of Philosophy and Law, Ural Branch of the Russian Academy of Sciences

Ekaterinburg 620990

rusakova_mail@mail.ruГрибоводЕкатеринаGribovodEkaterina

Грибовод Екатерина Григорьевна - кандидат политических наук, младший научный сотрудник Института философии и права УрО РАН

Екатеринбург

Dr Ekaterina Gribovod - Junior Researcher, Institute of Philosophy and Law,Ural Branch of the Russian Academy of Sciences

Ekaterinburg 620990

Институт философии и права Уральского отделения РАНРоссияInstitute of Philosophy and Law, Ural Branch of the RASRussian Federation2019210520251716272Copyright © Русакова О., Грибовод Е., 20252025Русакова О., Грибовод Е.Rusakova O., Gribovod E.Данная работа распространяется под лицензией Creative Commons Attribution 4.0.This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 License.https://www.intertrends.ru/jour/article/view/576

В статье рассматривается коммуникативный потенциал информационных компонентов «мягкой силы» в условиях развития новых технологий и форм массовой коммуникации. Выделены концептуально-аналитический и коммуникативно-технологический подходы к изучению «мягкой силы» как системы ресурсов и инструментов внешнеполитического влияния, продемонстрирован инверсионный характер соответствующих технологий. Проведён структурный анализ информационных компонентов «мягкой силы», которые активно применяются политическими и международными объединениями для решения собственных задач и оперативного реагирования на вызовы и угрозы в глобальном сетевом сообществе. Предложена авторская трактовка понятия «информационный компонент мягкой силы», который рассматривается как комплекс информационных стратегий, технологий и продуктов, применяемых в информационном пространстве для реализации конкретных целей, связанных с политическими интересами субъекта. Проведён сравнительный анализ рейтинговых моделей с позиций того, насколько в их структуре представлены информационно-медийные компоненты «мягкой силы». В качестве интегрального и системообразующего элемента информационной структуры «мягкой силы» анализируется медиадискурс. При рассмотрении основных информационных компонентов «мягкой силы» отдельно выделены сетевые технологии и социальные медиа: технология «умная толпа», фейк-дискурсы, сервисы мгновенного мобильного общения (мессенджеры). В условиях цифровизации международных процессов именно мессенджеры становятся каналом коммуникации и выступают информационным ресурсом, направленным на форматирование общественного мнения и координацию групп. В заключение авторы приходят к выводу, что инверсионная природа информационных компонентов «мягкой силы» проявляется в её противоречивых стратегических установках: с одной стороны, медиадискурс «мягкой силы» стратегически направлен на выполнение консолидирующей функции между участниками коммуникативного процесса, с другой – на реализацию деструктивных стратегий, связанных со скрытым манипулятивным воздействием на массовое сознание, с использованием конфронтационно-ориентированных технологий. Отмечается, что развитие цифровых технологий приводит к образованию новых видов «мягкой силы», таких как цифровая культура, цифровая дипломатия, цифровое управление, цифровая избирательная система. В условиях информатизации общества осуществляется интеграция сетевых технологий, новых и социальных медиа, усиливается их адаптивность к новым реалиям, что в итоге приводит к повышению мобильности структурных компонентов «мягкой силы».

The article considers communicative potential of information components of soft power given the development of new information and communication technologies and forms of mass communication. Conceptual-analytical and communicative-technological approaches to the study of soft power as a system of resources and instruments of foreign policy are identified, as well as the inverse character of soft power technologies is demonstrated. The structural analysis of the information component of soft power, which is actively used by political and international structures to achieve their aims and respond quickly to challenges and threats in a global networked society, is carried out. The author's interpretation of the information component of soft power, which is considered to be a a set of information strategies, technologies and products used in the information space for realizing specific goals related to the political interests of soft power subject is suggested. Comparative analysis of rating models of soft power is carried out with due regard to the role of information in these analytical instruments. As an integral and systemforming element of the information structure of soft power, a media discourse is analyzed. When considering the main information components of soft power, separate network technologies and social media are allocated: technology of smart mob, fake discourses, instant mobile communication services (messengers). Under conditions of digitalization of international processes, messengers become a major channel of communication and the information resource aimed at formatting public opinion and coordination of groups. In conclusion, the authors determine that the inverse nature of the information components of soft power is manifested in its contradictory strategic attitudes. On the one hand, a media discourse of a soft power is aimed at fulfilling a consolidating function among the participants in the communicative process. On the other, media discourse is employed for implementation of destructive strategies related to the hidden manipulative influence on mass consciousness, using confrontationallyoriented technologies. It is noted that the development of digital technologies leads to create of new information types of soft power, such as digital culture, digital diplomacy, digital management, digital electoral system. Under conditions of the global informatization of society, the process of integrating network technologies, new and social media is being implemented, and their adaptability to new realities is being intensified, which ultimately leads to an increase in the mobility of the structural components of soft power, and to an increase in their synergistic effect.

«мягкая сила»медиатизацияинформациямедиадискурссоциальные медиасетевые технологиимессенджерфейк-дискурсsoft powermediatizationsoft powermedia discoursesocial medianetwork technologiesmessengerfake discourseReferencesГолошубина О.К. Разговор в мессенджере как специфический жанр интернет-коммуникации // Вестник ОмГУ. 2015. № 1. С. 208–212.Davydov Yu.P. (2004). Ponyatie “zhyostkoj” i “myagkoj” sily v teorii mezhdunarodnykh otnoshenij [The Notion of “Hard” and “Soft” Power in Theory of International Relations]. Mezhdunarodnye processy. Vol. 2. No. 4. P. 69–80.Грибовод Е.Г. Медиатизация политики как стратегический ресурс политических коммуникаций // Наука Красноярья. 2016. № 6. С. 48–57.Dyakova E.G. (2014). Soft power kak projavlenie “administrativnoj mody” (na primere formirovanija jelektronnogo pravitel'stva v Kitae) [Soft Power as a Manifestation of “Administrative Fashion” (Using the Example of China E-government)]. Nauchnyj zhurnal “Diskurs-Pi”. No. 4 (17). P. 43–47.Давыдов Ю.П. Понятие «жёсткой» и «мягкой» силы в теории международных отношений // Международные процессы. 2004. Т. 2. № 4. С. 69–80.Gallarotti G. (2011). Soft Power: What it is, Why It's Important, and the Conditions Under Which it Can Be Effectively Used. Journal of Political Power. Vol. 4. No. 1. P. 25–47.Дьякова Е.Г. Soft power как проявление «административной моды» (на примере формирования электронного правительства в Китае) // Научный журнал «Дискурс-Пи». 2014. № 4 (17). С. 43–47.Goloshubina O.K. (2015). Razgovor v messendzhere kak specificheskij zhanr internet-kommunikacii [Conversation in the Messenger as a Specific Genre of Internet Communication]. Vestnik OmGU. No. 1. P. 208–212.Капицын В.М. Семиотические ресурсы и политическая культура // Научный результат. Сер. Социальные и гуманитарные исследования. 2014. Т. 1. № 1(1). С. 33–45.Gribovod E.G. (2016). Mediatizatsiya politiki kak strategicheskij resurs politicheskikh kommunikacij [The mediatization of politics as a strategic resource of political communications]. Nauka Krasnoyarya. No. 6. P. 48–57.Ковба Д.М. Основные подходы к исследованию «мягкой силы» в отечественной политической науке // Научный журнал «Дискурс-ПИ». 2017. № 1(26). С. 143–148.Hall T. (2010). An Unclear Attraction: A Critical Examination of Soft Power as an Analytical Category. The Chinese Journal of International Politics. No. 3. P. 189–211.Леонова О.Г. Интерпретация понятия «мягкая сила» в науке // Научно-аналитический журнал «Обозреватель – Observer». 2015. №2 (301). С. 80–89.Holyk G.G. (2011). Paper Tiger? Chinese Soft power in East Asia. Political Science Quarterly. Vol. 126. No.2. P. 223–254.Наумов А.О. «Мягкая сила», «цветные революции» и технологии смены политических режимов в начале XXI века. М.: АРГАМАК-МЕДИА, 2016. 274 с.Kapicyn V.M. (2014). Semioticheskie resursy i politicheskaya kul'tura [Semiotic resources and political culture]. Nauchnyj rezul'tat. Series Social'nye i gumanitarnye issledovaniya. Vol. 1. No. 1(1). P. 33–45.Панова Е. П. Сила привлекательности: использование «мягкой власти» в мировой политике // Вестник МГИМО-Университета. 2010. № 4 (13). С. 91–97.Kharkevich M.V. (2014). “Myagkaya sila”: politicheskoe ispol`zovanie nauchnoj konceptsii [Soft Power: Political Use of a Scholarly Concept]. Vestnik MGIMO-Universiteta. No. 2 (35). P. 22–29.Паршин П.Б. Два понимания «мягкой силы»: предпосылки, корреляты и следствия // Вестник МГИМО-Университета. 2014. № 2 (35). С. 14–21.Kovba D.M. (2017). Osnovny`e podkhody` k issledovaniyu “myagkoj sily`” v otechestvennoj politicheskoj nauke [The Main Approaches to the Study of Soft Power in the Domestic Political Science]. Nauchnyj zhurnal “Diskurs-Pi”. No. 1(26). P. 143–148.Рейнгольд Г. Умная толпа: новая социальная революция: Пер с англ. А. Гарькавого. М.: ФАИР ПРЕСС, 2006. 416 с.Leonova O.G. (2015). Interpretaciya ponyatiya “myagkaya sila” v nauke [Approaches to the Analysis of “Soft Power” in the Russian Political Science]. Nauchno-analiticheskij zhurnal “Obozrevatel’ – Observer”. No. 2 (301). P. 80–89.Русаков В.М. Мягкая сила военной мощи // Научный журнал «Дискурс Пи». 2017. № 3–4 (28–29). С. 96–107.Mattern J.B. (2005). Why soft power isn’t so soft: representational force and the sociolinguistic construction of attraction in world politics. Millennium: Journal of International Studies. Vol. 33. No. 3. P. 583–612.Русакова О.Ф., Грибовод Е.Г. Политический медиадискурс и медиатизация политики как концепты политической коммуникативистики // Научный ежегодник Института философии и права Уральского отделения Российской академии наук. 2014. Т. 14. Вып. 4. С. 65–77.Melissen J. (2005). The New Public Diplomacy. Soft Power in International Relations. New York: Palgrave Macmillan. 221 p.Русакова О.Ф., Ковалёва Д.М. «Мягкая сила» и «умная власть»: концептуальный анализ // Социум и власть. 2013. № 3. С. 15–19.Naumov A.O. (2016). «Myagkaya sila», «cvetnye revolyucii» i tekhnologii smeny politicheskih rezhimov v nachale XXI veka. [Soft power, color revolutions and technologies for changing political regimes at the beginning of the XXI century]. Moscow: ARGAMAK-MEDIA. 274 p.Трахтенберг А.Д. Интернет и возрождение «публичной сферы»: хабермасианский идеал и реальность Рунета // Научный ежегодник Института философии и права Уральского отделения Российской академии наук. 2007. Вып. 7. С. 224–230.Nossel S. (2004). Smart Power. Foreign Affairs. Vol. 83. No. 2. P. 131–142.Харкевич М.В. «Мягкая сила»: политическое использование научной концепции // Вестник МГИМО-Университета. 2014. № 2 (35). C. 22–29.Nye J. (2004). Soft Power: The Means to Success in World Politics. New York: Public Affairs. 208 p.Юдин Н.В. Системное прочтение феномена мягкой силы // Международные процессы. 2015. Т. 13. № 2. С. 96–105.Nye J. (2010). The Future of power. New York: Public Affairs. 320 p.Carpenter T. Smart Power: Toward a Prudent Foreign Policy for America. Washington: Cato Institute, 2008. 258 p.Panova E. P. (2010). Sila privlekatel`nosti: ispol`zovanie «myagkoj vlasti» v mirovoj politike [The Power of Attraction: The Use of “Soft Power” in World Politics]. Vestnik MGIMO-Universiteta. No. 4 (13). P. 91–97.Gallarotti G. Soft Power: What it is, Why It's Important, and the Conditions Under Which it Can Be Effectively Used // Journal of Political Power. 2011. Vol. 4. Iss. 1. P. 25–47.Parshin P.B. (2014). Dva ponimaniya “myagkoj sily'”: predposy`lki, korrelyaty` i sledstviya [Two Understandings of “Soft Power”: Prerequisites, Correlates and Consequences]. Vestnik MGIMO-Universiteta. № 2 (35): 14–21.Hall T. An Unclear Attraction: A Critical Examination of Soft Power as an Analytical Category // The Chinese Journal of International Politics. 2010. № 3. P. 189–211.Reingold G. (2006). Umnaya tolpa: novaya social'naya revolyuciya [Smart Mobs: The Next Social Revolution]. Moscow: FAIR PRESS. 416 p.Holyk G.G. Paper Tiger? Chinese Soft power in East Asia // Political Science Quarterly. 2011. Vol. 126. No. 2. P. 223–254.Roselle L., Miskimmon A., O‘Loughlin B. (2014). Strategic narrative: a new means to understand soft power. Media, War & Conflict. Vol. 7(1). P. 70–84.Mattern J.B. Why soft power isn’t so soft: representational force and the sociolinguistic construction of attraction in world politics // Millennium: Journal of International Studies. 2005. Vol. 33. №3. P. 583–612.Rusakov V.M. (2017). Myagkaya sila voennoj moshhi [Soft Power of Military Power]. Nauchnyj zhurnal “Diskurs-Pi”. No. 3–4 (28-29). P. 96–107.Melissen J. The New Public Diplomacy. Soft Power in International Relations / ed. by Jan Melissen. New York: Palgrave Macmillan, 2005. 221 p.Rusakova O.F. (ed.) (2015). Soft power: teorija, resursy, diskurs [Soft Power: Theory, Resources, Discourse]. Ekaterinburg: Diskurs-Pi. 376 p.Nossel S. Smart Power // Foreign Affairs. 2004. Vol. 83. No. 2. March/April. P. 131–142.Rusakova O.F., Gribovod E.G. (2014). Politicheskij mediadiskurs i mediatizaciya politiki kak kontsepty politicheskoj kommunikativistiki [Political Media Discourse and Mediatization of Politics as Concept of Political Communicativistics]. Nauchnyj ezhegodnik Instituta filosofii i prava Ural'skogo otdeleniya Rossijskoj akademii nauk. Vol. 14. Issue 4. P. 65–77.Nye J. Soft Power: The Means to Success in World Politics. New York: Public Affairs, 2004. 208 p.Rusakova O.F., Kovaleva D.M. (2013). «Myagkaya sila» i «umnaya vlast'»: kontseptual'nyj analiz [“Soft Power” and “Smart Power”: Conceptual Analysis]. Socium i vlast'. No. 3. P. 15–19.Nye J. The Future of power. New York: Public Affairs, 2010. 320 p.Trahtenberg A.D. (2007). Internet i vozrozhdenie “publichnoj sfery”: habermasianskij ideal i real'nost' Runeta [Internet and the Revival of the "Public Sphere": the Habermas Ideal and the Reality of the Runet]. Nauchnyj ezhegodnik instituta filosofii i prava Ural'skogo otdeleniya Rossijskoj akademii nauk. Vol. 7. P. 224–230.Roselle L., Miskimmon A., O‘Loughlin B. Strategic narrative: a new means to understand soft power // Media, War & Conflict. 2014. Vol. 7(1). P. 70–84.Vuving A.L. (2009). How soft power works. Toronto. 20 p.Soft power: теория, ресурсы, дискурс / Под ред. О.Ф. Русаковой. Екатеринбург: Издательский Дом «Дискурс-Пи», 2015. 376 с.Wilson E.J. (2008). Hard Power, Soft Power, Smart Power. The ANNALS of the American Academy of Political and Social Science. Vol. 616. Issue 1. P.110–124.Vuving Alexander L. How soft power works. Toronto. 2009. September 3. 20 p.Yudin N.V. (2015). Sistemnoe prochtenie fenomena myagkoj sily [Systemic reading of “soft power” phenomena]. Mezhdunarodnye protsessy. Vol. 13. No. 2. P. 96–105.Wilson E.J. Hard Power, Soft Power, Smart Power // The ANNALS of the American Academy of Political and Social Science. 2008. Vol. 616. Iss.1. P.110–124.Wilson E.J. Hard Power, Soft Power, Smart Power // The ANNALS of the American Academy of Political and Social Science. 2008. Vol. 616. Iss.1. P.110–124.

The authors declare that there are no conflicts of interest present.