intertrendsМеждународные процессыInternational Trends / Mezhdunarodnye protsessy1728-27561811-2773AEFIR10.17994/IT.2018.16.2.53.9intertrends-635Research ArticleФИКСИРУЕМ ТЕНДЕНЦИЮCATCHING A TRENDДружественность и враждебность в поведении стран Центральной Азии: опыт моделирования на основе контент-анализаAmity-Enmity Patterns in Central Asia: Modelling with the Use of Content AnalysisКимХюнчжунKimHyunjung

Ким Хюнчжун - соискатель Кафедры мировых политических процессов МГИМО МИД России

Москва

Mrs Hyunjung Kim - Doctoral Candidate, Department of World Politics,MGIMO University

Moscow 119454

hj568@korea.ac.krМГИМО МИД РоссииРоссияMGIMO UniversityRussian Federation201824062025162156–174Copyright © Ким Х., 20252025Ким Х.Kim H.Данная работа распространяется под лицензией Creative Commons Attribution 4.0.This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 License.https://www.intertrends.ru/jour/article/view/635

В данной статье анализируется паттерн дружественности-враждебности стран Центральной Азии (Казахстана, Киргизии, Узбекистана, Таджикистана и Туркменистана) с применением  контент-анализа. Паттерн дружественности-враждебности используется в теории регионального комплекса безопасности Б. Бузана при анализе идейных аспектов и определяет, какую роль (враг/соперник/друг) принимают на себя государства и какой паттерн межгосударственных взаимоотношений формируется в регионе: конфликтная формация (враг), режим безопасности (соперник) или сообщество безопасности (друг) соответственно. Паттерны дружественности-враждебности далее подразделяются согласно методологии К. Осканиана на шесть категорий: 1) конфликтные формации (ревизионистские и статус-кво), 2) режимы безопасности (слабые и сильные), 3) сообщества безопасности (свободные и тесно связанные). Цель данной статьи заключается в позиционировании центральноазиатского субкомплекса в спектре этих шести категорий паттерна дружественности и враждебности.

Первая часть данной статьи посвящена определению аналитических и методологических подходов к исследованию центральноазиатского регионального субкомплекса, который входит в состав однополярного регионального комплекса безопасности, центрированного вокруг России. Вторая часть статьи посвящена анализу паттерна дружественности-враждебности стран центральноазиатского регионального субкомплекса посредством контент-анализа 30 455 новостных статей опубликованных в средствах массовой информации стран Центральной Азии за последние 10 лет (с января 2007 по  декабрь  2016  года).  Новостные  статьи  анализируются  согласно  схеме,  предложенной К. Боришполец. На уровне анализа «A» новостные статьи разбиты на статьи, посвящённые: 1) межгосударственным, 2) межрегиональным и 3) внутригосударственным вопросам. На уровне анализа «B» статьи, посвящённые межгосударственным вопросам, далее разбиты на статьи, обсуждающие вопросы: 1) интеграции, 2) энергетики, 3) границ и территорий, 4) наркотиков и преступлений, 5) исламского радикализма и 6) миграции. На уровне анализа «С» рассмотрены особенности паттерна дружественности и враждебности по каждому из вышеперечисленных вопросов и на основе результатов в заключение сделан вывод о том, что в центральноазиатском региональном субкомплексе формируется конкурирующая культура безопасности по Локку, которая может быть определена как расположенная в пределах от «слабого» до «сильного» режима безопасности.

This paper examines «the amity-enmity  pattern»  among  the  states  in  Central  Asia  (Kazakhstan, Kyrgyzstan, Uzbekistan, Tajikistan, Turkmenistan) by content analysis. The amity-enmity pattern reflects the ideational theoretical view of Regional Security Complex Thoery of B. Buzan that it defines the kind of roles (enemy/rival/friend) the states in the region internalise and developes it into a spectrum of conflict formations (enemy), security regimes (rival), security communities (friend), respectively. The conceptualization  was  further advanced  by  K.  Oskanian  into  six  categories:   Revisionist/Status-quo conflict formation (enemy), Thin/Thick security regime (rival), Loose/Tight security community (friend). This paper aims to position the Central Asian subcomplex on the  six  categories  of  the  amity-enmity pattern. First part of the paper defines the analytical  and  methodological  frameworks for  «the  amity- enmity pattern» in the Central Asian subcomplex, a subcomplex in the unipolar Russia-centered Regional Security Complex. The second part attempts to analyze the amity-enmity  pattern  of  the  subcomplex through  content  analysis,  examining  30455  news  articles  published  in  Central  Asian  states  for  the  last 10  years  (from  January 2007 to  December  2016).  Steps  of  the  analysis  follows  the  scheme  of «Structurization of information array for qualitative content analysis» by K. Borishpolets. At the level «A» of analysis, the number of news sources were categorized into three  text  blocks:  1)  inter-state  level  of articles, 2) inter-regional level of articles 3) domestic articles. At the level «B» of analysis, the inter-state level of articles are further classified and total six topics have resulted by frequencies: 1) Integration issues 2) Energy(gas, oil, water) issues 3) Border/territory issues 4) Drug trafficking/criminal issues 5) Radical islam issues 6) Immigration issues. At the level «C» of analysis, the amity/enmity features on each topic are examined and based on the results, this paper concludes that the formation of security culture and the role that the actors play in the Central Asian subcomplex can be defined as Lockean rivalry positioned at the range from 'Thin security regime' to 'Thick security regime'.

Центральная Азияпаттерндружественностьвраждебностьконтент-анализрежим безопасноститеория региональных комплексов безопасностиCentral Asiaamity-enmity pattercontent analysissecurity regimeRegional Security Complex TheoryReferencesБоришполец К.П. Методы политических исследований. М.: Аспект Пресс, 2010. 221 с.Borishpolets K.P. (2010). Metody politicheskikh issledovanij [Methods of Political Research]. Moscow: Aspekt Press. 221 p.Боронин О. Растерянные приоритеты. Что делать России в Центральной Азии? // Международные процессы. 2003. № 2. С. 126–133.Boronin O. (2003). Rasteryannye prioritety. Chto Delat’ Rossii v Tsentral’noj Azii? [Lost Priorities. What Russia should do in Central Asia?] // Mezhdunarodnye protsessy. No. 2. P. 126–133.Быков А. Зачем Казахстан России? // Международные процессы. 2005. № 3. С. 137–143.Buzan B. (1983). People, States and Fear. North Carolina: The University of North Carolina Press. Р. 262.Вавилов А. (и др.) «Исламское государство»: феномен, эволюция, перспективы: Аналитические доклады ИМИ. Выпуск 1(45). М.: МГИМО-Университет, 2016. 44 с.Buzan B. (2004). The United States and the Great Powers: World Politics in the Twenty-First Century. Cambridge: Polity. 222 p.Гриняев С.Н., Фомин А.Н. Актуальные вопросы применения механизма биржевой торговли для решения водно-энергетических проблем стран Центральной Азии. Аналитический доклад. М.: Центр стратегических оценок и прогнозов, 2009. 44 с.Buzan B., Waever O. (2003). Regions and Powers: The Structure of International Security. Cambridge: Cambridge University Press. Р. 564.Дадабаева З.А., Кузьмина Е.М. Процессы регионализации в Центральной Азии: проблемы и противоречия: Научный доклад. М.: Институт экономики РАН, 2014. 56 с.Buzan B., Waever O., de Wilde, J. (1998). Security: a new framework for analysis. London: Lynne Rienner Publishers. Р. 239.Дундич А. Киргизия между «великими» // Международные процессы. 2010. № 2. С. 117–122.Bykov A. (2005). Zachem Kazakhstan Rossii? [Why Does Russia Needs Kazakhstan?] // Mezhdunarodnye protsessy. No. 3. P. 137–143.Казанцев А.А. «Большая игра» с неизвестными правилами: мировая политика и Центральная Азия / Фонд «Наследие Евразии». М., 2008. 241 с.Chernyavskiy S.I. (2017). Yevraziyskiy ekonomicheskiy soyuz — realii tekushchey situatsii [EurasianКазанцев А.А. Центральная Азия: светская государственность перед вызовом радикального ислама. [Электронный ресурс]. Россия в глобальной политике. 2016. – Режим доступа: http:// globalaffairs.ru/valday/Tcentralnaya-aziya-svetskaya-gosudarstvennost-pered-vyzovom-radikalnogoislama-17959Economic Union – realities of the current situation]. Yevraziyskij yuridicheskij zhurnal. No. 5 (108). P. 18–20.Лебедева М.М. Социально-гуманитарный ресурс интеграции России. Россия в современных интеграционных процессах: Колл. монография / [Г.М. Костюнина и др.]; под ред. С.А. Афонцева и М.М. Лебедевой. М.: МГИМО-Университет 2014. С. 312.Dadabayeva Z.A., Kuzmina Y.M. (2014). Protsessy regionalizatsii v Tsentral'noy Azii: problemy i protivorechiya: Nauchnyy doklad [The Process of Regionalization in Central Asia: Problems and Contradictions]. Moscow: Institut ekonomiki RAN. 44 p.Ли С., Ван Ч. Китайская политология о смысле и перспективах Евразийского Союза // Международные процессы. 2014. № 3. С. 70–82.Dundich A. (2010). Kirgiziya mezhdu “velikimi” // Mezhdunarodnye protsessy. No. 2. P. 117–122.Михайлов Л. Российский фактор в Центральной Азии // Международные процессы. 2005. № 2. С. 127–134.Grinyayev S.N., Fomin A.N. (2009). Aktual'nyye voprosy primeneniya mekhanizma birzhevoy torgovli dlya resheniya vodno-energeticheskikh problem stran Tsentral'noy Azii [Contemporary issues of applying mechanism of exchange trade for solving the water-energy problem of the states in Central Asia]. Analiticheskiy doklad. Moscow: Tsentr strategicheskikh otsenok i prognozov. 56 p.Муталиева Л., Байтенова Л. Тенденции развития водно-энергетической системы стран Центральной Азии // Новости науки Казахстана. 2015. № 1(123). С. 34–52.Jervis R. (1976). Perception and Misperception in International Politics. Princeton: Princeton University Press. 445 p.Поклоннов О. Участие государств ЦАР в устранении угроз в сфере безопасности // (Сб.) Центральная Азия. Геополитика и экономика региона. М.: Институт стратегических оценок и анализа, 2010. 254 с.Kazantsev A.A. (2008). “Bol'shaya igra” s neizvestnymi pravilami: mirovaya politika i Tsentral'naya Aziya [Great Game with unknown rules: world politics and Central Asia]. Fond «naslediye yevrazii», Moscow. 241 p.Сухов А. Кыргызстан: роль «Хизб ут-Тахрир» в радикализации ислама // Центральная Азия и Кавказ. 2006. No. 6(48). P. 120–129.Kazantsev A.A. (2016). Tsentral'naya Aziya: svetskaya gosudarstvennost' pered vyzovom radikal'nogo islama [Central Asia: secular statehood under the challenge of radical Islamism ]. Rossiya v global'noy politike. URL: http://globalaffairs.ru/valday/Tcentralnaya-aziya-svetskaya-gosudarstvennost-peredvyzovom-radikalnogo-islama-17959Тетерюк А., Чижевский Я. Центральноазиатский трек российской внешней политики: вариант сценарной разработки // Международные процессы. 2013. № 3-4. С. 103–115.Lebedeva M.M. (2014). Sotsial'no-gumanitarnyy resurs integratsii Rossii [Socio-humanitarian resources for integration of Russia]. In Afontseva S.A., Lebedeva M.M. (eds) Rossiya v sovremennykh integratsionnykh protsessakh. Moscow: MGIMO-Universitet, 2014. 312 p.Чернявский С.И. Евразийский экономический союз – реалии текущей ситуации // Евразийский юридический журнал. 2017. №5 (108). C. 18–20.Li S., Van Ch. (2014). Kitajskaya politologiya o smysle i perspektivakh Evrazijskogo Soyuza // Mezhdunarodnye protsessy. No. 3. P. 70–82.Buzan B. People, States and Fear. North Carolina: The University of North Carolina Press, 1983. 262 p.Mikhailov L. (2005). Rossijskij factor v Tsentral’noj Azii [ Russian Factor in Central Asia] // Mezhdunarodnye protsessy. No. 2. P. 127–134.Buzan B. The United States and the Great Powers: World Politics in the Twenty-First Century. Cambridge: Polity, 2004. 222 p.Mutaliyeva L., Baytenova L. (2015). Tendentsii razvitiya vodno-energeticheskoy sistemy stran Tsentral'noy Azii [Tendencies of water and energy system development of the states in Central Asia] // Novosti Nauki Kazakhstana. No. 1(123). P. 34–52.Buzan B., Waever O. Regions and Powers: The Structure of International Security. Cambridge: Cambridge University Press, 2003. 564 p.Oskanian K. (2013). Fear, Weakness and Power in the Post-Soviet South Caucasus: A Theoretical and Empirical Analysis. Basingstoke: Palgrave Macmillan. 261 p.Buzan B., Waever O., de Wilde J. Security: a new framework for analysis. London: Lynne Rienner Publishers, 1998. 239 p.Poklonnov O. (2010). Uchastiye gosudarstv TSAR v ustranenii ugroz v sfere bezopasnosti [Participation of Central Asian states in eliminating threats in security sphere]. In: Tsentral'naya Aziya. Geopolitika i ekonomika regiona. Moscow: Institut strategicheskikh otsenok i analiza. 254 p.Jervis R. Perception and Misperception in International Politics. Princeton: Princeton University Press, 1976. 445 p.Stritzel H. (2014). Security in Translation: Securitization Theory and the Localization of Threat. Basingstoke: Palgrave Macmillan. 223 p.Oskanian K. Fear, Weakness and Power in the Post-Soviet South Caucasus: A Theoretical and Empirical Analysis. Basingstoke: Palgrave Macmillan, 2013. 261 p.Sukhov A. (2006). Kyrgyzstan: rol' «Khizb ut-takhrir» v radikalizatsii islama [Kyrgyzstan: the role of Hizb ut-Tahrir in the radicalization of Islam] // Tsentral'naya Aziya i Kavkaz. No. 6(48). P. 120–129.Stritze H. Security in Translation: Securitization Theory and the Localization of Threat. Basingstoke: Palgrave Macmillan, 2014. 223 p.Teteryuk A., Chizhevskij Ya. (2013). Tsentral’no-aziatskij trek rossijskoj vneshnej politiki: variant stsenarnoj razrabotki [Central Asian Track of Russian Foreign Policy: a Version of Scenario Study] // Mezhdunarodnye protsessy. No. 3–4. P. 103–115.Wendt A. Social Theory of International Politics. Cambridge: Cambridge University Press, 1999. 452 p.Vavilov A. et al. (2016). «Islamskoye gosudarstvo»: fenomen, evolyutsiya, perspektivy [Islamic State: Phenomenon, Evolution and Prospects] Analiticheskiye doklady IMI. No. 1(45). Moscow: MGIMO-Universitet. 44 p.Wendt A. (1999). Social Theory of International Politics. Cambridge: Cambridge University Press. 452 p.Wendt A. (1999). Social Theory of International Politics. Cambridge: Cambridge University Press. 452 p.

The authors declare that there are no conflicts of interest present.