Чечевишников Александр Леонидович – заместитель директора Института международных исследований Московского государственного института международных отношений (МГИМО); руководитель отдела стратегических исследований НИИ социальных систем МГУ имени М. В. Ломоносова; редактор журнала "Тетради по консерватизму"
Москва
Dr Alexander Chechevishnikov – Associate Director, Institute of International Studies, Moscow State Institute of International Relations (MGIMO University); Head, Department of Strategic Studies, Research Center of Social Systems, Lomonosov Moscow State University; Editor, ‘Essays on Conservatism’
Moscow, 119454
В статье анализируется государственная политика на российском Дальнем Востоке в контексте политики РФ в АТР с акцентом на российско-китайских отношениях.
Неудовлетворительность демографической ситуации на Дальнем Востоке заключается не в дефиците «рабочей силы», а в ее невысоком качестве. Массовая иммиграция «соотечественников» из бывших среднеазиатских республик СССР только усугубляет эту проблему. Акцент и ро вание же на официальном уровне дефицита «населения» на Дальнем Востоке отражает унаследованное от советской эпохи отношение к гражданам как к ресурсу, необходимому для сохранения контроля над этим удаленным регионом. Автор исходит из того, что стратегические задачи сохранения устойчивого контроля над дальневосточными территориями и их сбалансированного развития не требуют ни многократного роста местной экономики, ни многократного роста внешнеторгового оборота. В качестве оптимального, но, к сожалению, умозрительного источника иностранной трудовой иммиграции автор указывает на Южную Корею. Вопрос же о приемлемости китайской иммиграции должен увязываться с объемом инвестиций кандидата в хуацяо в местную экономику. Экономические плоды активизации российской политики в АТР, по мнению автора, носят пока в основном локальный, приграничный характер. Что же касается масштабных проектов экспорта нефти и газа, их реализация зачастую не влечет адекватного мультиплицирующего эффекта в развитии соответствующих регионов, так как сопровождается существенными налоговыми льготами. Налицо и фактическое отсутствие федеральной политики развития приграничного сотрудничества и адекватного федерального законодательства в данной сфере. В том числе и поэтому имеют место выраженные диспропорции в развитии приграничных регионов России и Китая. Декларируется как приемлемая ситуация, в которой ни одна из стран – партнеров России, чьи хозяйствующие субъекты участвуют в разработке ресурсов Дальнего Востока, не обретала доминирующей роли в этой своей ипостаси. Оптимальным было бы выстраивание своего рода «концерта интересов» инвесторов и торговых партнеров – из США, Японии, Южной Кореи и, разумеется, Китая.
В статье сделан акцент и на научно-аналитическом обеспечении государственных решений. Автор констатирует: восточный вектор российской политики актуализирован в то время, когда четвертое и пятое поколения китайского руководства постепенно дистанцировались от знаменитых 28-ми иероглифов Дэн Сяопина, что вводит в аналитический фокус вопрос о будущем позиционировании Китая в мире. Условия же, в которых «развивается» российское востоковедение сегодня, неадекватны вызовам реальности. Так, на фоне отмирания верхнего уровня российской китаистики имеет место сокращение конкурентной среды в китаеведческой аналитике. Необходимы государственные меры, которые повернут вспять процесс деградации российского востоковедения.
The article analyzes Russia's policy in its Far East area in the context of its foreign policy in the AsiaPacific Region with a focus on Russian-Chinese relations.
The key negative of the demographic situation in the Russian Far East is not the workforce shortage, but its poor quality. The massive immigration of non-Russian nationals from the Central Asian republics of the former USSR only exacerbates this problem. Meanwhile, the Kremlin is precisely emphasizing the lack of population in the Far East, which reflects the inherited Soviet-time attitude of people being the necessary instrument of control over a region.
The author argues that the sustainable control and balanced development of the Far Eastern territories do not require either an economic boom in this area or an expansion of trade. Nationals from South Korea are viewed as the best source of foreign labor, though this scenario is not very realistic under the present circumstances. The optimal level of Chinese immigration to Siberia should be directly defined according to the volume of investment from the potential newcomers to the local economy.
The economic benefits of Russia's new approach to the Asia-Pacific Region are mostly visible on the local level at the moment, specifically in the sphere of regional cross-border cooperation. As for large-scale energy projects, they are not too beneficial for the local economy due to significant tax breaks. The flaws of the national strategy of cross-border cooperation are obvious, as well as the flaws of the federal legislation in this field. These partly explain the obvious economic disparities between the border regions of Russia and China.
Russia should aim to ensure that none of its economic partners in the Far East acquire a dominating position. The optimal scenario for Russia would be a “concert of interests” of all principal investors and trade partners in the Far East – the U.S., Japan, Republic of Korea, and of course, China.
The article also deals with the scientific and analytical support of government decision-making in several policy spheres. The “eastern vector” of Russia's policy is being made in a certain international context. The fourth and fifth generations of the Chinese leadership are gradually moving away from the famous Deng Xiaoping's “strategy of 28 characters”. The discussion on China’s new future role is under way. Oriental studies in Russia are inadequate in meeting this challenge. There is an apparent decline of interest and a weakening of classical Sinological studies, as well as a decreasing competition in China-oriented analytics in general. Government actions to reverse the degradation of Oriental Studies in Russia are absolutely necessary.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.