Липунов Никита Сергеевич – младший научный сотрудник Института международных исследований
Москва
Mr Nikita Lipunov – Junior Research Fellow, Institute for International Studies
Moscow, 119454
В статье рассматривается роль стратегической культуры в формировании политики малых государств в области безопасности на примере Финляндии. Логика и движущие силы финской внешней и оборонной политики на протяжении более трёх десятилетий после окончания «холодной войны» оставались неизменными. В их основе лежит концепция республиканского реализма, в рамках которой Финляндия стремится не допустить доминирования какой-либо державы в системе безопасности в Скандинавско-Балтийском регионе и в Европе в целом. Наблюдаемые метаморфозы – от нейтралитета до членства в военном альянсе – представляют собой процесс адаптации к меняющейся ситуации в области глобальной и региональной безопасности и отражают восприятие угроз руководством страны. Эволюцию политики Финляндии определяло соотношение между двумя стратегическими субкультурами – «отношения с Россией» и «интеграция в сообщество западных государств». Можно условно выделить этапы «европеизации» (1990-е – конец 2010-х годов) и «евроатлантизации» (конец 2010-х – 2020-е годы). В евроатлантический период между двумя стратегическими субкультурами прослеживается корреляция: чем больше Финляндия воспринимала политику России как потенциальную угрозу, тем больше она тяготела к крупным западным державам и их институтам. Переход от европеизации к евроатлантизации был вызван разочарованием Финляндии в способности ЕС выступать гарантом её безопасности на фоне общей деградации системы европейской безопасности. На протяжении всего рассматриваемого периода страна делала упор на мощную систему национальной обороны. Случай Финляндии показывает определяющее значение стратегической культуры в формировании политики малых государств в области безопасности, несмотря на их ограниченные ресурсы и пространство для манёвра. Концепт стратегической культуры представляет собой продуктивную эпистемологическую альтернативу неореалистскому подходу при анализе поведенческих моделей малых государств за счет раскрытия институционально-идентитарных оснований их примыкания к крупным государствам и альянсам с целью обеспечения собственной безопасности.
The article examines the role of strategic culture in shaping security policies of small states, using Finland as a case study. The logic and driving forces behind Finnish foreign and defence policy have remained constant for more than three decades since the end of the Cold War. They are based on the concept of republican realism, within which Finland seeks the state of non-domination of any single power in the security system in the Scandinavian-Baltic region and in Europe as a whole. The observed metamorphosis – from neutrality to membership in a military alliance – represents a process of adaptation to the changing global and regional security situation and reflects the country's leadership's threat perception. The evolution of Finland's policy has been determined by the relationship between two strategic subcultures: ‘relations with Russia’ and ‘integration into the community of Western states’. We can roughly divide this into two stages: ‘Europeanisation’ (1990s – late 2010s) and ‘Euro-Atlantisation’ (late 2010s – 2020s). During the Euro-Atlantic period, a correlation can be observed between the two strategic subcultures: the more Finland perceived Russia's policy as a potential threat, the more it gravitated towards the major Western powers and their institutions, not only in political terms but also in matters of security. The transition from Europeanisation to Euro-Atlanticism was caused by Finland's disappointment in the EU's ability to guarantee its security against the backdrop of the general deterioration of the European security system. Throughout the period under review, the country maintained strong national defence. The case of Finland demonstrates the decisive importance of strategic culture in shaping security policies of small states, despite their limited resources and room for manoeuvre. The concept of strategic culture represents a productive epistemological alternative to the neorealist approach in analysing the behavioural patterns of small states.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.